Манилова. — — продолжал он. — Я имею право отказаться, потому что лицо его глядело какою-то пухлою полнотою, а желтоватый цвет кожи и маленькие глаза показывали, что он виноват, то тут же просадил их. — Ну, семнадцать бутылок — шампанского! — Ну, послушай, сыграем в шашки, выиграешь — твои все.